Сто лет и чемодан денег в придачу - Страница 105


К оглавлению

105

— Минус накладные расходы за время поездки, — сказал Аллан. — А теперь собравшимся предстоит утвердить повестку заседания. И я предоставляю слово тебе, Ежик.

Пер-Гуннар «Ежик» Ердин почесал ухо, раздумывая. Потом сказал, что хорошо бы, чтобы друзья и миллионы держались вместе, что можно, скажем, всем податься куда-нибудь в отпуск, во всяком случае самое большое желание Ежика — это сидеть на пляже под зонтиком и потягивать коктейль из бокала с зонтиком где-нибудь далеко-далеко. К тому же, как оказалось, и Аллан склоняется примерно к тому же.

— Но без зонтика в бокале, — уточнил Аллан.

В этом его поддержал Юлиус: система дополнительной защиты содержимого бокала от дождя или солнца отнюдь не предмет первой необходимости, особенно если ты и так уже лежишь под зонтиком, а на небе светит солнце и ни облачка. Вот только ссориться из-за этого, наверное, не стоит. А поехать всей компанией в отпуск — великолепная идея!

Комиссар Аронсон смущенно улыбался, не решаясь поверить, что слово «компания» теперь включает и его тоже. Заметивший это Бенни крепко взял комиссара под локоть и замысловато поинтересовался, какую именно расфасовку и оформление напитков предпочитают представители полиции во время отпуска. Комиссар просиял и уже собрался ответить, когда Прекрасная вдруг остудила общее восторженное настроение:

— Я никуда не поеду без Сони и Бастера!

И, секунду помолчав, добавила:

— Дери меня дьявол!

А поскольку Бенни со своей стороны не допускал и мысли о том, чтобы куда-нибудь отъехать хоть на шаг от Прекрасной, то он тоже немедля потерял к путешествию всякий интерес.

— Вдобавок у половины из нас нет даже действительного паспорта, — вздохнул он.

Но Аллан лишь невозмутимо поблагодарил Ежика за щедрость в распределении средства из чемодана. Идея путешествия его самого очень устраивает — чем больше сотен миль будет до сестры Алис, тем лучше. А если вся компания с ним согласна в этом вопросе, то остальное уладится — найдется и транспорт, и страна назначения, где не особенно придираются насчет визы ни к людям, ни к животным.

— А как, по-твоему, мы возьмем в самолет пятитонного слона? — спросил Бенни обреченно.

— Пока не знаю, — сказал Аллан. — Но если смотреть на вещи позитивно, то и с этим все уладится.

— А то, что у многих нет паспорта?

— Повторяю — будем смотреть на вещи позитивно.

— Вообще-то я не думаю, чтобы Соня весила больше четырех тонн, ну может, четыре с половиной, — сказала Прекрасная.

— Вот видишь, Бенни, — сказал Аллан. — Вот что я называю позитивным взглядом на вещи. Проблема сразу стала на тонну легче.

— Пожалуй, у меня есть идея, — продолжила Прекрасная.

— И у меня, — сказал Аллан. — Не одолжите мне телефон, кто-нибудь?

Глава 26
1968–1982 годы

Юлий Борисович Попов жил и работал в городе Сарове под Нижним Новгородом, милях в тридцати пяти на восток от Москвы.

Саров был секретный город, чуть ли не более секретный, чем секретный Хаттон. Его и Саровом-то называть не полагалось, вместо этого он получил не слишком романтическое название «Арзамас-16». А заодно город стерли со всех карт. Саров одновременно и был, и не был, в зависимости от того, что считать реальностью. Примерно как Владивосток в течение нескольких лет после 1953 года, только наоборот.

К тому же город был огорожен колючей проволокой, и ни единый человек не мог попасть ни туда, ни оттуда без тщательной проверки на контрольно-пропускном пункте. Человеку с американским паспортом, да еще и связанному с американским посольством в Москве, не рекомендовалось даже появляться поблизости.

Цэрэушник Райан Хаттон несколько недель преподавал своему ученику Аллану Карлсону азы шпионской работы, прежде чем Аллана устроили в посольство в Москве под именем Аллена Карсона на невнятную должность администратора.

К стыду секретного Хаттона, он совершенно упустил из виду, что объект, на связь с которым предполагал выйти Аллан Карлсон, совершенно недосягаем и живет за колючей проволокой в настолько охраняемом городе, что у того нет ни имени, ни местоположения на карте.

Секретный Хаттон сокрушенно признался Аллану в этом упущении, но добавил, что, может, мистер Карлсон придумает какой-нибудь выход. Попов наверняка время от времени ездит в Москву, и Аллану надо только сообразить, когда Попов появится там в следующий раз.

— А теперь прошу прощения, мистер Карлсон, — сказал секретный Хаттон по телефону из французской столицы. — У меня тут стол завален всякими другими делами. Счастливо!

Тут секретный Хаттон положил трубку, испустил тяжелый вздох и стал разбираться с последствиями военного переворота в Греции, произошедшего год назад при поддержке ЦРУ. Как и многое другое в последнее время, переворот тоже закончился совсем не так, как предполагалось.

У Аллана же, в свою очередь, не нашлось лучшей идеи, чем каждый день пешком отправляться в главную библиотеку города и часами сидеть там, просматривая газеты и журналы. Он надеялся напасть на статью о том, что Попов собирается прочитать публичную лекцию где-нибудь за пределами колючей проволоки, окружающей Арзамас-16.

Но месяцы шли, а никакой подобной информации не появлялось. Зато Аллан мог, среди прочего, прочитать о том, что президента Роберта Кеннеди постигла та же судьба, что и его брата, и что Чехословакия попросила Советский Союз о помощи в наведении социалистического порядка.

Далее Аллан отметил день, когда Линдона Б. Джонсона сменил на посту преемник по имени Ричард М. Никсон. Но поскольку командировочные в конверте продолжали исправно поступать из посольства месяц за месяцем, то Аллан полагал, что следует и дальше продолжать попытки найти Попова. Если бы в этом пункте произошли какие-либо изменения, то секретный Хаттон наверняка дал бы знать.

105